ЮАР не лучшее место для лесбиянок
В ЮАР начался суд над тремя мужчинами, которых обвиняют в изнасиловании и убийстве одной из самых известных спортсменок страны футболистки Эуди Симелане, не скрывавшей своей нетрадиционной сексуальной ориентации.

С 1998 года в Южной Африке изнасилованиям и убийствам подверглась 31 лесбиянка. Власти убеждены: за этими преступлениями стоит гомофобия.

Однако, по данным здешней организации защиты прав геев и лесбиянок “Треугольник”, только два таких случая – их называют “исправительное изнасилование” – дошли до судов. И обвинительный вердикт был вынесен лишь однажды.

“Очень печально, но в целом в этой стране женщины очень неохотно поднимают голос”, – говорит представительница “Треугольника” Шарон Кокс.

“Исправительным изнасилованием” называют сексуальное насилие над лесбиянкой, которое мужчина совершает либо с целью наказать ее, либо с тем, чтобы “исправить” ее поведение.

И, по словам Шарон Кокс, в ЮАР изнасилование – источник власти. “Считается: для того, чтобы излечить лесбиянку, достаточно одного хорошего мужика”, – поясняет она в интервью Би-би-си.

В “Треугольнике” говорят, что каждую неделю организации приходится иметь дело с десятком новых случаев “исправительного изнасилования”.

Гуманитарные организации полагают, что на бездействие полиции в этой сфере влияет все более агрессивная, мачистская атмосфера, которая, в свою очередь, становится следствием роста равнодушия населения и политической элиты к высокому уровню межполового насилия в ЮАР.

Однако сейчас Шарон Кокс выражает некоторый оптимизм: в деле Эуди Симелане и другом аналогичном процессе, который идет сейчас в Кейптауне, есть надежда на обвинительные приговоры.

“Если по этим делах будут обвинительные вердикты, это станет огромным шагом на пути к соблюдению прав человека, прав женщин, прав геев и лесбиянок”, – говорит она.

По уровню сексуального насилия ЮАР занимает одно из ведущих мест в мире: каждый год полиция регистрирует более 54 тысяч таких заявлений.

В среде 20-летних парней изнасилование давно считается своего рода игрой. Здесь даже есть термин для мужчины, играющего ведущую роль в совершении преступления: “мархасимани”.

“Мархасимани – это человек, который идет в клуб, покупает женщину за несколько стаканов пива, потом с друзьями забирает эту женщину, уходит и обладает ею”, – рассказал в интервью Би-би-си один молодой человек, пожелавший остаться не названным.

Беседа проходила в баре в городе Кемптон-Парк к северо-востоку от Йоханнесбурга. Другой парень из той же группы объяснил в деталях, как работает схема.

Друзья, сказал он, прячутся под кроватью до тех, пока мархасимане не кончит любовные утехи и не выйдет из комнаты, – и тогда они по очереди занимаются сексом с женщиной, делая вид, что каждый из них и есть тот самый, первый.

“Комната темная, девушка и не заметит, что с ней спит уже другой парень”, – говорит третий из группы.

Но когда их просят признать, что на юридическом языке их деяния называются групповым изнасилованием, молодые люди это отрицают как один.

“Дело ведь не в ней, мы покупали ей выпивку, а выпивка, сам знаешь, – штука недешевая”, – говорит один.

“Нельзя сказать, что это групповое изнасилование, потому что… Хорошо, я знаю, иногда приходится напоить девчонку и все такое, но так же не происходит все время, – говорит другой. – В основном, когда такое случается, девушка пьет, но она прекрасно понимает, что происходит”.

Все эти противоречия сводятся к глубоко укоренившимся культурным стереотипам: мужчина владеет женщиной; мужчина важнее женщины. Эти взгляды основаны на традиционных ценностях и ролях, которые играют в обществе представители полов, – тех ролях, которые укоренялись в деревнях в прошлом и которые до сих пор не встречают мощного сопротивления со стороны самого общества.

Думисани Ребомбо – бывший насильник, который сейчас открыто говорит о своих преступлениях и раскаивается тем, что их совершал.

Ему было 15 лет, когда он с двумя друзьями изнасиловал молодую женщину в своей деревне. Он признает, что поддался тогда давлению со стороны других: “Я таким образом доказал, что я мужчина, я хотел, чтобы меня приняли в свои ряды. Не то чтобы мне это понравилось… Меня тут же захлестнула волна страха и чувства вины”.

Сейчас Ребомбо сотрудничает с фондом “Оливковый лист”, неправительственной организацией, работающей с мужчинами с целью предотвращения изнасилований.

Он считает, что проблема отчасти социальная: мальчиков воспитывают с ощущением того, что они имеют права поступать с женщинами так, как им заблагорассудится.

“Общество приучает их к тому, чтобы быть жесткими, чтобы быть мачо”, – говорит Ребомбо.

Другая проблема, по его словам, состоит в нежелании кого бы то ни было бросить вызов сложившимся правилам: “Хороших мужчин, возможно, не меньше, чем плохих, но если общество молчит, то, я считаю, это вопиющее молчание”.